История древней Руси

Подсечное земледелие

Сельское хозяйство в домонгольский период

На основании многочисленных данных, относящихся к более позднему времени, следует полагать, что земледелие северных славянских племен до IX— X вв. имело преимущественно форму подсечного, иначе огневого, земледелия, представляющего собой одну из разновидностей развитого мотыжного земледелия. В некоторых наиболее глухих и окраинных местах крепостнической России — у удмуртов, коми, в Карелии, в Белорусском Полесье — подсечное земледелие вместе с некоторыми другими чертами культуры, восходящими к глубочайшей древности, просуществовало вплоть до начала XIX в. Благодаря этому обстоятельству эта древняя форма земледелия нам хорошо известна.

Подсечное земледелие — это земледелие лесных областей, лесное земледелие. Чтобы подготовить участок для посева, сначала нужно было вырубить лес,— дать ему высохнуть на месте, а затем сжечь его. Отсюда — подсечное земледелие нередко называли огневым, или паловым. Интересно отметить, что сжигание срубленного леса не являлось средством расчистки будущего поля, как это может показаться с первого взгляда. Подсечное земледелие по своим техническим особенностям резко отличалось от всех других видов земледелия. Огонь являлся здесь своеобразным средством обработки земли, так как после сожжения огромной массы древесного материала, когда прогорал и превращался в рыхлую золу и верхний слой почвы, можно было землю не обрабатывать, а производить посев прямо в золу. Орудиями подсечного земледелия являлись прежде всего железный топор и железная мотыга, служившая для выкорчевывания корней и разрыхления земли в тех местах, где она не вполне прогорела. Такие мотыги в начале прошлого столетия были известны у коми, удмуртов, в Карелии и в Белорусском Полесье. Такие же мотыги имелись и у северных восточнославянских племен в дофеодальное время, о чем уже упоминалось выше.

Орудие для «заделывания» посева при подсечном земледелии, деревянная борона известна лишь нам по этнографическим данным, так как древние деревянные орудия не могли, понятно, сохраниться до наших дней. На севере почти повсеместно это орудие представляло собой ствол ели с отрубленными до половины длины сучьями—«суковатку». Наряду с суковаткой употреблялись примитивные грабли. Анализ этнографических данных показывает, что в древности бороной-суковаткой работали без помощи рабочего скота — вручную.

Приготовленный в лесу участок (новина) служил всего лишь год или два, максимум три года. В первый год эксплуатации новина, давала сравнительно высокий урожай, так как огонь уничтожал на месте посева всю сорную растительность, а зола обогащала почву. По-видимому, особенно обильные урожаи давало на новинах просо, поэтому оно и являлось одним из самых распространенных культурных растений в дофеодальный период. Об этом ярко свидетельствуют общеизвестные материалы русского фольклора. В сочинениях арабского писателя X столетия Йбн-Русте имеется одно место, как будто бы говорящее о подсечном земледелии: «Земля славян есть равнина лесистая, в лесах они и живут. Славяне не имеют ни виноградников, ни пашен...». И далее: «хлеб, наиболее ими возделываемый — просо». Наличие посевов проса, при отсутствии обычных пашен, указывает, видимо, на подсечное хозяйство. Но уже па второй год урожай падал, зола выщелачивалась, пережженная почва «спекалась», не пропускала воздуха и не впитывала воду. Нужно было подготовлять новый участок на другом месте. Старый же участок мог вновь поступать в эксплуатацию не раньше, чем на нем вырастал лес, т. е. не менее чем через 40—60 лет. Вследствие этого при подсечном земледелии требовалось огромное количество земли, вернее, леса. В этих условиях селиться большими поселениями, как на юге, было невозможно. Поэтому-то обитатели лесных пространств, как уже сказано выше, селились в одном месте лишь по нескольку десятков человек.

Подсечное земледелие требовало затраты огромного количества труда. Такие громоздкие операции, как рубка леса, выкорчевывание кустарников и пней, сушка всего этого материала и, наконец, сжигание его, неизбежно требовали кооперации сил. И на основании многочисленных этнографических данных устанавливается, что подсечное земледелие всегда выступало как коллективное, общинное производство. В тех местах, где до начала XIX в. сохранялось подсечное земледелие, одновременно с ним продолжали существовать большие патриархальные семьи, состоящие из представителей двух-трех поколений. Таким образом, подсечное земледелие следует рассматривать, как отрасль производства, тесно связанную с первобытно-общинным строем.

Вплоть до начала второго тысячелетия нашей эры подсечное земледелие в той или иной форме было известно на всем европейском Севере: в прибалтийских странах, на севере Германии, в Скандинавии и на Британских островах.