История древней Руси

Пушная охота

Сельское хозяйство в домонгольский период

Среди кухонных отбросов, встреченных при раскопках древнерусских городищ и селищ IX—XIII вв., кости домашних животных повсеместно составляют подавляющее большинство. Роль охоты, как источника мясной пищи, упала очень низко; это, однако, вовсе не означает, что охота потеряла в этот период всякое экономическое значение: и в это время в экономике Руси охота занимала очень важное место; она лишь приобрела иной характер, превратись из «мясной» охоты в охоту преимущественно «пушную».

Торговля с отдаленными странами Юга и Востока, получившая особенное развитие еще в IX—X вв., потребовала огромного количества пушнины. Если не говорить о рабах, привозимых русами на рынки Булгара и Константинополя, то пушнина являлась основным товаром, шедшим из Руси. Арабский автор середины IX в. Ибн-Хордадбех писал про славян, что они вывозят меха бобров и черных лисиц. Ибн-Русте сообщал о торговле соболиными, беличьими и другими мехами. На первых страницах Повести временных лет сказано, что хазары получали дань от полян, северян и вятичей «по белей веверице от дыма». Дань мехами получали с населения и русские князья. Поэтому охота на пушных зверей, которая раньше велась в небольших масштабах, с IX—X вв. приобрела особое значение.

В X—XII вв. не только на севере, в землях Новгородской или Залесской, но и на юге, в Киевской земле, еще сохранялись огромные лесные массивы. Здесь можно было встретить рысь, тура или зубра, лося, оленя, кабана, медведя, зайца. Охотники били здесь куниц, «вевериц» (белок или горностаев), выдр, бобров, соболей, лисиц. Орудиями охоты служили лук со стрелами, различные сети и тенета и другие ловушки. Дикую птицу ловили с помощью «перевесов», больших сетей, которые натягивались высоко над землей в местах перелета птиц.

В XI—XII вв. богатые охотничьи угодья становятся собственностью князей и монастырей. В летописи и других источниках упоминаются княжеские «бобровые ловища», «тетеревники», монастырские «ловища гоголиные» и т. д. В Русской Правде есть особая статья о перевесах: «Аже кто подотнеть вервь в перевесе, то 3 гривны продажи, а господину за вервь гривна кун».

Говоря об охоте в древней Руси, следует упомянуть еще об одной ее стороне. Охота составляла излюбленное развлечение князя, его дружины, вообще людей имущих, и являлась своего рода спортом. Это нашло отражение и в языке. В древней Руси охота именовалась «ловом», «ловитвой». Современное же слово «охота» означало тогда радость, веселье, развлеченье. В своем Поучении Владимир Мономах подробно описывает, как он «ловил есмь всяк зверь», как «ловчий наряд сам есмь держал»; он вязал своими руками диких коней, охотился на туров и оленей; один лось на охоте его «ногами топтал, а другой рогама бол» и т. д. (Лавр, л., 1096). В летописи имеются упоминания и о многих других князьях, что они «ловы деяли» или ходили «на ловы»; о князе Васильке говорится, что он «был храбр паче меры на ловех».

В качестве княжеской охоты большой популярностью пользовалась в древней Руси уже чисто спортивная охота с ловчими птицами. У Владимира Мономаха были ловчие соколы и ястребы. В Слове о полку Игореве есть такой образ: князь Игорь «полете соколом над мглами, избивая гуси, и лебеди завтроку, и обеду и ужину». С ловчими птицами охотились не только на юге, но и на севере, в Залесье: «ястребы тешаше его»,— говорится об одном позднейшем ростовском князе в его жизнеописании. В Правде Ярославичей также имеется указание на княжескую или боярскую охоту: «а еже украдут чюжь пес, любо ястреб, любо сокол, то за обиду 3 гривны».